Николай Статкевич: «У меня только одна жизнь…»

Николай Статкевич приглашает людей на встречу с ним в Гомеле. Как с будущим кандидатом в президенты.

Тема разговора – ситуация в стране и пути выхода из системного кризиса, в котором оказалась Беларусь.
Политик рассказал «Белорусскому партизану», что в ближайшее время намерен много ездить по регионам и общаться с людьми.
— Николай Викторович, а не боитесь, что встречу сорвут? Или что не доедете до Гомеля? Наверняка просто для того, чтобы пожать вам руку, придет немало людей, а встреча не санкционирована… 
— А никакой санкции на встречу в помещении и не нужно. Так что с точки зрения даже их “закона” как раз все нормально.
Но я, конечно, допускаю, что на подъезде к Гомелю вдруг выяснится, что машина, на которой я еду, находится в розыске. А если буду ехать поездом – еще какие-то вопросы возникнут. У нас все возможно.
Но я буду пробовать доехать в Гомель. И шифроваться не буду, как это было, когда я ехал в Брест на акцию противников строительства аккумуляторного завода. Задержат – значит, это будет очередное доказательство беспредела властей.
Кстати, о том, что происходит в Беларуси, я сегодня намерен рассказать в Вильнюсе, на заседании Комитета по международным делам Сейма Литвы, куда мы приглашены вместе с Павлом Северинцем и Владимиром Некляевым. Планируется, что на этой встрече также будут кандидаты в президенты Литвы, вышедшие во второй тур. Буду говорить про политзаключенных, про выборы и свободы граждан.
Хочу подчеркнуть, что, в отличие от каких-то уличных мероприятий или даже по сравнению с последними незаконными постановлениями о проведении массовых акций, моя встреча в Гомеле совершенно не противоречит закону. Тем более что она будет проходить в офисе зарегистрированной организации.
Я вообще планирую сейчас много поездок по регионам Беларуси. И при этом буду использовать для встреч офисы зарегистрированных организаций – чтобы минимизировать возможные претензии со стороны властей. Ну а дальше начнутся избирательные компании, и у нас появятся дополнительные возможности для легальной работы. Поэтому встреч будет много!
— Если я правильно поняла, этими поездками вы объявили старт своей предвыборной кампании? 
— Начало моей кампании стартовало с момента выдвижения меня кандидатом в президенты Советом Белорусского национального конгресса. А сейчас, по сути, идет работа с активом и сторонниками.
— Как думаете, есть ли у вас шанс на победу? 
— Конечно, есть! Но не в рамках этой бирательной компании. Я уже много раз об этом говорил.
Я никогда не был клоуном. И не буду участвовать в президентских “выборах” в качестве клоуна, как это сделали некоторые в 2015 году.
Глупо надеяться, что назначенные Лукашенко избирательные комиссии будут считать голоса. Но, тем не менее, у нас есть официальная избирательная кампания, которая политизирует общество и дает возможность легально работать и встречаться с людьми.
Я повторял это много раз, но людям почему-то не хочется в это верить: мирных возможностей возвращения к демократии, кроме длительного массового уличного протеста, у нас нет.
— Революция? 
— Нет, я говорю именно про продолжительный, мирный, массовый протест с целью вернуть настоящие выборы. На которых я собираюсь победить.
Президентская кампания дает возможность без нарушения их антиконституционного законодательства собираться, в том числе, и на улицах.
— Когда вы вышли из тюрьмы, многие вас воспринимали как лидера нации. У вас была огромная поддержка. А сейчас некоторые немного разочарованы вашими действиями, и тем, что у вас далеко не все получается… 
— Я сегодня как раз ощущаю еще большую поддержку, чем когда вышел из тюрьмы. И даже если посмотреть на различные рейтинговые голосования в социальных сетях (не мной, кстати, организованные), то и они свидетельствуют об этом.
Другое дело, что есть заложники не очень большого сообщества в Фейсбуке, которые общаются между собой и считают свое мнение – мнением народа. А я общаюсь с людьми в реальной жизни, на улицах, в более массовых соцсетях и хорошо знаю их настроения.
Периодически я предлагаю конкретный план действий,  организую очередную акцию, но все остальное зависит от самих людей. Это только в сказках появляется богатырь, который может в одиночку вернуть людям и стране свободу, демократию и достойную жизнь. А в реальной жизни все происходит иначе.
Если люди не готовы к переменам – ситуация не изменится.
Другой вопрос, что все те пять лет, которые я провел в тюрьме, белорусская оппозиция почему-то не создавала возможностей для перемен. А я сейчас даю возможность людям высказаться, сказать свое слово. И даже если я сам не дойду из-за очередного задержания, то место, время и тема все равно обозначены.
Если сейчас люди после успешного протеста 2017 года снова не выходят на улицы – значит, еще не допекло… Подождем.
— Вы надеетесь, что вас, несмотря ни на что, зарегистрируют кандидатом в президенты, и вы сможете обратиться к людям с экрана телевизора? Многие, кстати, помнят вашу крылатую фразу: «Саша, злазь з даху — не псуй гонту!» 
— Сейчас разговор не столько про выборы и совсем не про телевизор. К счастью, появились иные возможности коммуникаций. А главное, чтобы у людей возникло понимание: если мы сейчас снова промолчим и не предпримем никаких действий, то это снова на пять лет…
Хочет власть или нет, но во время своих “выборов” она должна дать возможность людям собираться. Даже за призыв к молитве в защиту уничтоженных властью крестов во время Великого поста я получил 15 суток. Это даже для меня был удивительный и новый опыт! За призыв к молитве!
Но во время избирательной компании возможности собираться будут, и мы будем ими пользоваться.
Ситуация в стране не поменяется до тех пор, пока общество не поймет: каждый должен принять участие в этих переменах. Каждый!
Пока три процента населения не выйдет на улицы, ничего не будет. А поддерживать тех, кто выйдет, должно большинство! И вот когда это произойдет, ситуация изменится.
А я делаю то, что в моих силах. У меня ведь только одна жизнь и я не могу сделать все за всех. Хотя я не боюсь за себя. Я боюсь за страну, на наш народ. А все остальное зависит от людей.
— Николай Викторович, а на границе к вам вопросов не возникает? 
— Ну вот, когда буду ехать в Вильнюс, и проверим!
Но если не выпустят – этот факт будет, видимо, моим самым лучшим докладом на заседании литовского Сейма (смеется).
Все время этот вопрос висит – выпустят или нет. Дело в том, что у меня около 15 000 рублей невыплаченных штрафов за демонстрации. Мне запретили из-за этого водить машину. Штрафы удерживают из моей военной пенсии, потому что имущества у меня нет. Но в любой момент ко мне могут применить любые санкции…
Так что пересечение белорусской границы для меня – это всегда задача с неизвестным результатом. Хотя пока меня выпускают в надежде, что однажды я не вернусь. Не дождутся!