Навіны

Валентин Стефанович: Николая Дедка в колонии подвергают пыткам

Пенитенциарная система Беларуси сохранила многие элементы тоталитарного прошлого.

– Стало известно, что находящийся в Горецкой колонии политзаключенный Николай Дедок нанес себе раныживота и рук. Как вы прокомментируете этот факт?

– Это стало известно со слов его жены. За то недолгое время, которое Николай Дедок провел в колонии в Горках, у него было четыре взыскания и два помещения в ШИЗO. Последний инцидент – это когда его отправили 19 мая в ШИЗO на 7 суток и поместили в холодную камеру, где человек фактически не мог находиться. Он промучился там всю ночь, а утром совершил этот акт, чтобы привлечь внимание администрации и добиться перевода в другую камеру. Естественно, он перед этим пытался докричаться до кого-то из администрации, но безрезультатно. В итоге он вынужден был пойти на нанесение себе увечий. Этот метод заключенные часто используют для привлечения внимания администрации или органов прокурорского надзора к фактам нарушения своих прав. Здесь мы имеем дело с типичным случаем нарушения прав заключенного. Это свидетельствует, во-первых, о том, что на Николая Дедка, как на политзаключенного, осуществляется давление – в контексте последних событий, когда мы наблюдаем усиление давления на всех политзаключенных: и на Юрия Рубцова, и на Николая Статкевича, и на всех остальных. Во-вторых, это свидетельствует о том, что наша пенитенциарная система не изжила этих элементов тоталитарного прошлого. Условия содержания в ШИЗо практически невыносимые для людей.

– Можно ли расценить это как применение пыток к заключенным?

– Безусловно, помещение заключенного в такие условия однозначно можно трактовать как нечеловеческое, жестокое обхождение и как применение пыток. Если человек не может спать, то мы имеем дело с фактом лишения сна. А это – один из «излюбленных» методов пытки, применявшихся в советских лагерях, когда человека сажали в холодное помещение в одной робе.

– По вашему мнению, применение таких методов к Николаю Дедку связано с его статусом политзаключенного?

– Трудно сказать. Думаю, да, скорее всего из-за этого. Но, в принципе, сама ситуация в белорусских тюрьмах такова, что любой заключенный не застрахован от такого обхождения со стороны администрации. По любым причинам и мотивам – от предвзятого отношения администрации до «политического заказа» в отношении заключенного.

Хартыя\’97